Leonid Jekel — Современная сказка на старый лад в стихах

Пролог

Жил да был в десятом царстве,
В три девятом государстве.
В деревушке под столицей,
С матушкой, а не с девицей,
Разудалый молодец,
разленившийся в конец.
Целый день сидел на лавке,
Иль лежал в тени на травке,
На дворе сидел, — грел спину.
Ножиком строгал дубину.
Пил из бочки кислый квас.
В общем, было, как-то раз.
Его матушке-мамане
Надоел ленивый Ваня,
Уж совсем ей тут невмочь.
Как бы горю ей помочь?
И скажу, наверно, к месту,
Матушка ему невесту
В это времечко искала,
Здесь, и новость услыхала.
Ну а Ваня-то пока,
Отлежав свои бока,
Считал на небе облака.

1

Всё в царстве было мирно, тихо,
Никто не ведал, что такое лихо.
Все жили-были, пиво пили.
И царь скучал со своей царицей,
Нос вытирал себе парчовой рукавицей.
Зевал прилежно во весь рот.
Трудился лишь простой народ.
Судьба – вы знаете злодейку –
К царю во дворец послала чародейку,
Ему, как нужно, угодить,
Его с царицей веселить.
Она царю читала сказки,
И живота устраивала пляски.
А царь зевал, заспавшийся тёр глаз,
Мол, видели и слышали мы это уж не раз.
Отчаявшись, не зная, что и делать,
Решила про одну беду ему поведать.
— Ты знаешь, разлюбезный царь,
Я слышала когда-то в старь:
В стране далёкой, но не за морями,
А за далёкими седыми облаками,
От солнца дальней маленькой планете,
Когда тебя ещё и не было на свете,
Жил, да был король Удод.
И славен был его тем род,
Но не об этом я хочу тебе поведать,
Слышь, время кончилось, пора уже обедать.

2

Царь ёрзал за столом,
Услышав про новинку,
Гуся печённого он съел
Всего лишь половинку
И выпил полведра
Вишнёвого компоту.
И на минорную опять
Настроился он ноту.
Ведёт уж речь и дале чародейка,
Плетёт интриги хитрая злодейка.
Так слушай царь и матушка-царица,
Что в сказке этой вот таится.
— Веду я речь про короля Удода,
И про несчастья его большого рода.
Хранил король заветный ларец.
А в нём алмаз с кулак, не с палец.
Ты слышишь, речь веду о чём:
Для ларца был отдельный дом,
В нём сорок комнат, в каждом стража,
Чтобы не сделалась пропажа,
Драконов огненных с пяток,
А может, более чуток.
Тот дом и ларец охраняли.
Поэтому его ни раз не крали.
Кому придёт в мозга мыслица,
С такою силой помириться?
Так вот в чём тайна то алмазу,
Про то я не сказала сразу?
Кто лишь алмаз тот заимеет,
Тот всей вселенной овладеет.
Алмаз даёт огромную тот силу,
Какой не ведали ещё в подлунном миру.
Он жизнь продляет и даёт здоровье,
Что в царском деле, ну, огромное подспорье.
Ты можешь с ним в мгновенье ока,
Как ни была б звезда далёка,
туда стремглав перенестись. –
— Не верю – царь – А ну-ка побожись! –
— Ну, что ты, царь и матушка-царица,
Ведь разве врать была я мастерица?
Пусть разразит меня бродяга — старый гром,
И половодье мой смоет новый дом,
Пусть волосы мне выщипает милая сестрица.
Врать отродясь была не мастерица. –
— Ну ладно, верю, дальше говори,
Что там ещё? Мне душу не мори. –
— Так вот, скажу тебе, к примеру,
Король придумал наказания меру:
Кто попытается диковинку похитить,
Тот должен квасу кислого три бочки выпить,
Потом три бочки съесть вишнёвого варенья.
Кто знает это, то не имеет настроения
Тот ценный камешек украсть,
Хоть до варенья и имеет страсть. –

3

Царь загорелся в нетерпение:
— Плевать хотел я на варенье!
Скорей гонцов ко мне созвать:
Пусть вольных юношей сберётся рать,
Мужей до седины в косице.
Не так ли, матушка-царица?
Хочу я камень тот иметь
И вселенной всей владеть!
Да, буду волю ведать всему миру,
Чтоб не бесились люди с жиру.
Чтоб был почёт мне и большое уважение.
Созвать скорее всех плевал я на варение.
Плевал я так же и на квас,
Пусть кто-то сделает для нас,
Моя подружечка — царица,
Вот то-то будут все дивиться! –
И разбежались гонцы
Во все углы, во все концы,
Чтоб волю царскую поведать
И гнева царского не ведать.
Добрались даже к малой деревушке,
Где Ваня жил у матушки-старушки.
И собралась юношей отважная дружина.
Не пожалел царь даже собственного сына.
Заполнили всю площадь пред дворцом,
И каждый сын прощается с отцом.
Здесь, наконец, царь свою волю излагает.
Добыть тот камень и полцарства предлагает.
И чтоб в пути не мучила кручина,
В награду будет дома ждать прекрасная дивчина.
Но только тот, кто камень сей добудет,
Лишь только тот с царевной счастлив будет.
Тот завладеет царства половиной
И будет жить с царевной без кручины.
Отслушав волю царскую и плотно пообедав,
Медка хмельного кружечку отведав,
Пустились в путь отборные мальцы,
Все, на подбор, герои-молодцы
Искать далёкую планету,
И каждый приобрёл себе ракету.
Хоть сказка стара речь ведёт,
Да время движется вперёд. –
Ковры летучие давно уж отменили
За то, что делают очень много пыли.
Пегасы крылые все в табунах пасутся,
Вот потому, поэты изредка несутся,
Когда берут пегасов на прокат.
Да ладно, речь была об этом уж стократ.
Оставим гнить мы тему эту.
Пусть ищут юноши далёкую планету.

4

Ну, а что Ваня – наш дурак –
Что делает, здоровье как?
Дак, Ваня, отлежав бока,
Считал на небе облака.
Закончил Ваня это дело,
Когда солнце на ночь село,
Об угол нежно почесал он спину,
Подался спать на тёплую перину.
Здесь и приснился Вани сон.
Как строен и прекрасен он,
Что в тереме его ждёт милая девица,
Тоскует без него, не ест, не веселится.
Вдруг, она шепчет, ему ласковы слова,
И закружилась у Вани голова.
— Ванюша, милый мой, любовь моя и счастье,
Какое, знаешь, на меня свалилось несчастье?
Меня в награду отдают любому молодцу,
Который камень к царскому присоединит венцу.
Тот камень лишь единственный на свете,
И сторожат его на солнечной планете
Драконов огненных толи пяток, толь стая.
И боле ничего не знаю.
Спаси меня, мой миленький Ванюша,
Без тебя, я не могу ни спать, ни кушать.
Добыть тот камень ты лишь сможешь на рассвете.
Но путь не близок – добирайся на ракете.
От солнца ты четвёртую считай звезду,
И на дракона сразу надевай узду.
Дракон хозяин есть в охране.
Об этом знай Иван заранее.
А ту узду найдёшь на следующей планете.
— Колдунья там живёт – имей всё на примете.
Коль справишься ты с ней, иль службу сослужишь,
Да, Ваня, вижу, ты совсем дрожишь.
Пошто пронял тебя испуг,
Ведь ты ещё и не запачкал рук?
Но так и быть тебе я помогу:
Ты выйдешь рано утром, на лугу
Роса покроет серебристой пылью,
И чтоб не стали твои страхи былью,
Умойся свежей утренней росой.
Бесстрашен будешь, и красив и молодой.
И знай, я жду тебя в светлице в терему.
Хочу тебе принадлежать и боле никому.

5

Но тут толкают Ваню в спину.
— Проспишь ты царства половину! –
Ему маманя говорит:
— Уж зорька ясная горит!
Вставай, Иван, вставай, засоня,
Ты знаешь, была царска воля,
Чего-то там ему принесть.
Мол, где-то ценный камень есть,
То ли алмаз, то ли ракушка,
Но, говорят, не побрякушка.
И кто добудет этот камень.
А он блестит, как звёздный пламень,
Тому наград не перечесть,
К тому же и царевна есть.
Лежишь, всю, продавив перину,
проспишь ты, Ваня, царства половину. –
Иван так сладко потянулся,
И вроде, кажется, проснулся.
— Ох, ломотят мои костя.
Да что там, говоришь, за новостя?
И что, маманя пристаёшь?
В казне всего-то одна вошь,
И та облезлая от горя,
Что у неё такая злая доля. –
— Так Бог с казной, зато почёт и слава.
Царевна то юна и брава,
Лишь только бровью поведёт… —
— Постой маманя, что-то на ум идёт:
Ты говоришь, что есть девица,
Котора может быть царица? –
— Да коль для неё найдётся царь,
Ведь так не раз бывало в старь:
Герой все почести имеет,
Царевну любит, ей владеет. –
— Ну что ж, согласен попытаться. –
Не время думать пора в путь сбираться.
Но перед дальнею дорогой
Решил побыть у царского порога,
Услышать вновь из царских уст
Наград как будет пышен куст.
И поглядеть, что там за пава,
Весёлого или крутого нрава,
Какая у ней ножка и бровя,
И голос ли похож на соловья?
К воротам царским он подходит,
Но стража его гонит, гонит.
Поднял Иван тут страшный шум,
Что оторвал царя от дум,
Иль ото сна, иль от безделья –
Царь не ведал рукоделия.
— Ну что там, что там за метёж,
Кому там вовсе невтерпёж?
Кто хочет моего отведать гнева,
Отведать гнева моего царева? –
— Дак, это я, дурак-Иван,
Пришёл не из заморских стран,
Из твого царства-государства.
И не имею никакого я коварства,
Тебе обиду нанести.
Но прежде чем мне в путь идти,
Я от мамаши слышал весть,
Что у тебя награды есть:
Девица – белолицая царевна –
От царства откажуся я, наверно.
А вот девицу взял бы в жёны,
Да сваты, жаль, не наряжены.
Решил тебе я камушек добыть,
И с юной девой мирно жить.
Даёшь добро на это царь-отец? –
— Пожалуй, дам, ступай, наконец!
И знай, что я крутого нраву,
Если будешь мне по нраву,
Алмаз тот сможешь мне принесть,
тогда позволю рядом сесть.
Отдам тебе я царства половину,
Ну и, конечно, любушку-дивчину.
Ступай, ступай, знай, всё же, честь!
А мне пора за стол уж сесть. –
Царя оставим с половинкою гуся,
Сказка не кончается, она ещё не вся.

6

Подался в путь Ванюша, на ночь, глядя,
А солнце вниз садилось потихоньку сзади.
Остановился на не скошенном лугу:
— Здесь отдохну, а завтра поутру,
Последую царевнину совету. –
А мы продолжим сказку эту.
Промчалась ночь в мгновенье ока,
заря поднялась не высоко,
Иван наш, был уж на ногах,
Спокойно, а не впопыхах,
Росой серебряной умылся,
Красивей стал, примолодился,
Расправил плечи он крутые,
Что значит годы молодые.
Надел кафтан с заплатой новой
И в путь отправился дорогу.
День, два ли шёл – был путь не длинный –
Наткнулся он на космодром старинный.
Зашёл туда, в пыли был весь.
— Скажите, а ракеты есть? –
— Ракеты были, да уплыли,
Три сотни молодцов их захватили,
Как будто, кто-то с них сорвал узду,
И разлетелись все искать какую-то звезду.
Мол, говорят на той планете,
Король замучился в обете.
Какой-то камень там хранит,
Не то алмаз, не то гранит,
И должен он его сберечь.
Да ладно, не об этом речь,
Ракету, говоришь, Ванюша?
Но только вытрясешь на ней ты свою душу,
Она осталась одна,
Стара, как сама седина.
Но не беда, что тихоходна,
Она быть может и подводна.
Но по заказчику и честь,
Желаешь ли в такую сесть? –
— Эх, что ж, — ответил им наш Ваня:
-Вы ж видите, что я не барин,
И не купец в большой чести –
Мне больше некуда идти. –
Коль суждена мне доля эта,
Беру её. Да где ж ракета? –
Ракета – старый звездолёт
И ей уж шёл тридцатый год.
Ничто на ней не надо править,
Лишь нужно только дозаправить.
В реактор, вставив чуть урану,
Подкрасив всю обшивку драну,
Взглянув на небо в облака,
Ванюша всем сказал — Пока –
Отправился он в путь не близкий,
Не пыльный и не очень склизкий.
Уселся в кресло он спокойно
И чувствовал себя достойно.
Налево он взглянул, на право,
И вспомнилась ему царевна-пава,
Что приходила в его снах
С улыбкой милой на устах.
Так вот, пророчила девица,
Здесь, как бы Ване не забыться.
— Ты помни, Ваня, помни, друг,
Ты, вижу, поборол испуг.
И камень этот ты добудешь.
Коль смел и умен в пути будешь.
Но не забудь заботу эту,
Колдунью отыщи по моему совету.
С ней ласков, будь, ей службу сослужи,
Любовью моей Ваня дорожи!
По чуть заметному предмету
Найдёшь, Иван её планету,
как млечный путь пересечёшь,
Потом направо повернёшь,
Там, рядом плавает комета
— Колдуньи малая планета –
Довольно рядом. А потом,
Не заходи ты в её дом,
Беседуй лучше во дворе,
так говорили любопытной детворе… —
Но тут удар встряхнул Ивана,
Взглянув в экран телеэкрана,
Иван увидел дождь комет,
Сказал в волнении – Привет! —
Нажал на кнопки три подряд,
Зонтов сработал аппарат.
Зонты сработали все сразу,
Иван поддал ракете газу,
Дождь из каменьев миновал,
Немного и на млечный путь попал.

7

Проехав путь, как и обычную дорогу,
Освоился он здесь, конечно, понемногу.
Свернул направо он с пути,
Комету видит впереди.
А здесь же, рядышком, здесь, где-то
Колдуньи малая планета.
И всё ж Иван её нашёл
И на снижение пошёл.
Лежит планета, как планета,
С вулканами, и много света,
Вокруг дремучие леса,
Там по утрам блестит роса,
И реки глубочайшие текут.
Да почему-то люди не живут.
Живёт лишь здесь, одна ведунья,
Несчастная и старая колдунья.
Людей всех ведьма старая поела
И у неё не стало дела.
Скучала она лет, примерно, сто,
Глядела временами старая в окно,
Считала черепа на собственном заборе,
И совести совсем не знала более.
Была хитра когда-то в чароделье,
Но даже лучший ум съедается бездельем,
Туга на ухо стала, и подслеповата,
Но наготове у печи всегда была лопата.
А печь давно забыла, что такое дым.
Иван явился, что же будет с ним?
Сожрёт его усатая колдунья,
Иль он оставит ей разочарование и раздумья?
Не будем с вами забегать вперёд,
Сказка наша в середине лишь идёт.

8

А что же наши молодцы,
Которых собрали к дворцу гонцы?
Одни летают ещё где-то
И ищут королевскую планету.
Другие в битве потерпели поражение,
Король устроил им большое унижение.
Поил их квасом, набивал вареньем,
И отправлял домой с паршивым настроением.
Они уж выпили сто тридцать бочек квасу,
Варенья съели столько же, просили спасу.
Ползли к ракетам с полным животом,
Клялись и зарекались на потом.
Домой вернулись, плакались царю,
Что не по нраву мол, пришлись мы королю.
— Забудь про это царь-отец,
Или дружине всей придёт конец.
Там очень сильная охрана
Ночь не спит, поднимается рано,
драконы дышат там огнём.
То ль крепость, то ли хитрый дом
Стоит в пустыне под палящим солнцем,
Уж лучше чай гонять у тещи под оконцем.
Прости, нас, ради Бога царь-отец. –
— А может, всё ж найдётся молодец? –
Их, отпуская, царь сказал:
— Сегодня спал я, иль не спал?
Подёргал бороду, за ухом почесал:
-А всё же, спал я, иль не спал? –
Царя оставим с чародейкою вдвоём.
Мы сказку с вами дальше поведём.

9

Иван на почву опустился,
Вокруг взглянул и удивился,
Что нет привычной суеты,
Всё тихо – нет людской толпы.
Все здания и платы захирели,
И лет как сто, наверное, опустели.
Иван пришёл в уныние от такого запустения,
Но время не было на удивление,
Он ищет путь, дорожку иль тропу.
А это было рано поутру,
Лучи ласкали нежно лепестки,
И с дремотой боролись, малы ветерки.
Ночь отступила на другую часть планеты.
Благоухали на кустах букеты
Цветов не знавших человеческой руки.
Дела, конечно, Вани не легки,
Но это был не тот Ванюша,
Который спать любил и плотно кушать.
Сейчас пред нами был боец,
Умен, красив и молодец:
Освоил быстро старую ракету,
Нашёл в вселенной он колдуньину планету,
К колдунье ищет он дорогу-путь,
Хоть и брала его немного жуть.
И короток был путь и длинный,
Видит Ваня крест старинный,
И от него идут тропинку,
Почти, сказать, что невидимки.
Иван сказал – Пойду на право. –
Но его встретила канава,
И в той канаве, что за честь,
Всех гадов и не перечесть.
Так как их не любил Иван,
Направо путь им был прерван
Вернулся снова он к кресту,
Пошёл налево. На тропинку ту
Он чуть ступил ногою твёрдой,
Как бы испил воды холодной,
Какой-то вой Иван почуял,
Волос дыбом, страх обуял.
Что за странная игрушка,
Где живёт эта старушка?
Вновь вернулся он к кресту,
Не пройдя ещё версту.
И решил – Пойду я прямо! –
Сам подумал – Вдруг там яма,
Или просто западня?
Эх, сейчас бы мне коня. –
Изломал себе дубину,
Расчесал свою Кудрину,
Не забыв передохнуть,
Вновь отправился он в путь.
Идёт прямо, что за лихо?
Всё спокойно, всё здесь тихо,
Черти лешему родня.
Глядь, а вот и западня,
Или просто стара яма,
Я скажу вам честно, прямо.
Иван дубинкой поиграл,
И подчистую всё сломал.
Так вот откуда слева вой,
И гадов справа под горой –
Была длиннющая канава.
Состряпала всё стара пава:
Людей ловила в западню,
Их ела раза три на дню,
И до последнего доела,
Что вся планета опустела.

10

Но как бы не был путь далёк,
Вот заискрился огонёк
От сальной и вонючей свечки.
Баба-Яга сидит на печки.
Дом искривился, весь набряк,
И еле держится чердак,
Ступеньки затянуло старым мхом,
Разбиты двери за углом,
В окне кой-где торчит солома
Скорей сарай – уже нет дома,
Иван увидел, наконец.
— Ну, здравствуй, здравствуй, молодец, —
Зашамкала беззубая колдунья:
— Была и я когда-то бегунья,
Была стройна и молода.
Да вот беда была я голодна:
Любила человечинки отведать,
Да что, тебе об этом ведать.
Всё уже в прошлом, а теперь
Живу, как одинокий зверь.
А что тебе, здесь надо, Ваня?
Сготовим мы сначала баню.
Попьёшь кваску с малиновым вареньем,
Порадуешь меня хорошим настроением. –
Но Ваня знал все каверзы старухи,
Лишь с виду старая готова не обидеть мухи.
— Согласен бабушка, топи покуда печь.
А я на травке здесь решил пока прилечь.
Сухариков с водой я пожую – дал Бог.
Истопишь печь, а там и на порог
Меня покличешь вредная старуха.
Иди топи, а я посплю в пол-уха. –
По новой заиграла в старой кровь,
В улыбке злющей дрогнула густая бровь.
— Поспи, поспи покуда, миленький Ванюша.
А после баньки будет время кушать.
Давно не ела человечьих потрошков.
Вставай Иван парок уже готов. –
Была с хитринкой эта баня,
Узнал Иван про то заранее.
И говорит – Ты знашь, старуха,
Я слышал где-то краем уха,
Кто первым паром овладеет,
То сразу вновь помолодеет.
Но должен париться без спасу
Хотя бы два нормальных часу,
Последуй моему совету,
Тебе дарю я тайну эту. –
— Ох, делать нечего – колдунья заскрипела.
— Пойду я первая уж для такого дела,
Попарю свои старые моща,
И буду снова очень хороша.
И буду снова молода, пригожа,
А может быть, ещё на что-то гожа. –

11

— Иди, иди, — сказал старухи в спину
А в след за ней к двери он прислонил дубину.
Дверь заперта, старуха в бане,
В печь дров побольше кинул Ваня.
Колдунья взвыла – Нету мочи. –
А Ваня, знай себе, хохочет
— Подай мне старая уздечку, —
И снова дров подкинул в печку.
— Ведь знаешь ты, о чём я толмачу. –
— Открой, нет мочи больше, чем угодно заплачу. –
— Скажи сейчас, иначе не открою. –
Прислушался Иван к старухиному вою.
— Куда узду запрятала, сейчас же говори,
Или сидеть тебе в сей бане до зари. -=
— Скажу, скажу, — прошамкала старуха.
К двери Иван подставил оба уха.
— Узда лежит в скале у синей речки,
В скале той вбиты золотом колечки.
Их тридцать штук, лишь два из них нажмёшь.
Узду спокойно, всё же, не возьмёшь,
Когда скала разъедется на части,
Увидишь пса ты необычной масти,
Тогда ему сломаешь спину.
Открой-ка дверь, возьми дубину. –
— Ты дальше, дальше говори
Ночь очень длинна до зари. –
— Так вот, – с надрывом говорит старуха,
Иван напряг обои уха,
— Собака эта – старый вор,
Ему был строгий приговор.
В скале запрятанной от всюду,
Хранить узду – такую чуду.
Когда ты в битве с ним побьёшься,
Быть может, своего добьёшься.
Тогда узда, так быть, твоя.
Открой же дверь – тяну уж соловья. –
— Тяни, тяни. Поджаришься немного,
А там и путь тебе прямой до Бога,
Коль он тебя к себе возьмёт,
Ведь людям от тебя был тож не мёд.
Ну, жарься дальше, — сказал Ваня,
Подкинул дров. Сгорела баня,
А с ней и старая карга.
Не будет больше от неё вреда
На этой маленькой планете.
Вновь будет жизнь, и будут дети
Смеяться, петь, любить, шутить.
А что же дальше должно быть?
Иван пошёл искать скалу,
Нет, Ваня преклонил главу
На этой маленькой лужайке,
Уснул в беспамятстве незнайки.

12

Ночь крепким сном перетерпя,
Наутро поднявшись кряхтя.
Зевнул три раза, потянулся,
И вот совсем, совсем проснулся.
Умылся он росой ивовой,
Как будто новою обновой
Оделся в праздники дитя,
И дальше в путь пошёл твердя:
— Скала у речки, да у синей,
Где водится немало лилий,
Чудесно, вот и, кажется она.
А вот скала она одна,
Колец рядочек золотых
Лишь два нажать, но вот каких?
Да, задала мне старая науку,
Он к первым двум протягивает руку.
Скала ни с места не столкнулась,
Не разошлась, не разомкнулась.
Три дня, три ночи наш Иван
Трудился, ну, как пробивной таран.
Четвёртым утром получилось,
Со скрипом, воем, но раскрылась,
Раздалась в стороны скала.
Здесь показалась голова
С клыками и огромной пастью.
Иван знаком с этой напастью,
Вступил с собакой Ваня в бой.
Был день уже, стоял тягучий зной,
Пот лил ручьём, катился градом,
То Ваня бился с волкодавом.
Летела шерсть, с халата вата,
Оторвана уж новая заплата,
Иван отбил собаке клык,
Но злобен был собачий рык.
И вытоптаны все вокруг кусты,
Деревья сбросили от ужаса листы,
Отбил Иван собаке пол хвоста
Была, ох, эта битва не проста.
Три дня, три ночи наш герой
Под лай и злой собачий вой
Себе победу добывал.
И что же? Всё же совладал.
Снял со столба железную узду
И двинулся искать далёкую звезду.
А что колдуньина планета?
— Вновь живёт и много света
Её ласкает с высоты,
Есть даже мышки и кроты,
Зверьки, синички, черепашки,
Цветут — людьми посажены – ромашки,
И тёти с дядями, и дети –
Всё снова есть на этой маленькой планете.

13

А Ваня? – Ваня дальше наш летит,
На звёзды смотрит и по сторонам глядит.
Летит он прямо к солнцу свету.
От солнышка четвёртую планету
Иван старается найти,
И вроде, как бы, нет пути.
Всё затянуло звёздной пылью,
В ракете, чтоб она не стала былью,
Включил Иван сигнальные огни,
Мигалки, лампы, фонари,
Всё то, что было в освещенье,
Освоился с таким решеньем.
Летит он медленно вперёд
И видит что-то он, да, вот,
Вот показалась планета
Без огонька и без дневного света.
Всё мрачно, всё окутано в пыли,
Не бороздят её орбиту корабли,
Везде торчат глухие скалы,
Сухой кустарник заселил отвалы,
Ущелья тёмные без дна,
Лишь взглянешь вниз – кружится голова.
Поднялся метров на сто выше,
Увидел он вдали сплошные крыши
Каких-то замков и дворцов,
И площадей размеренных кругов.
И всё же, та же, темнота,
Ни лампочка, ни свечка не видна.
Иван решил, не торопится,
И где-то здесь остановиться.
Он до рассвета задремал
И, как бы вновь, домой попал.
Во сне опять пришла принцесса,
А на лице – вуальная завеса:
— Скажи, Иван, так что ж случилось? –
Принцесса, как бы, разозлилась:
— Ты не добыл тот звёздный камень,
В душе моей потух любовный пламень.
Не буду я вести с тобою речь,
Ступай-ка, Ваня, ты на печь.
И спи себе до пролежней в боках,
Опять ты будешь, Ваня, в дураках.
Ступай, считай ворон до одуренья. –
Иван вскочил весь в озлобленье,
Одумался и засмеялся:
— Дурацкий сон, откуда взялся? –

14

Уж утро осветило мрачную планету,
А мы продолжим сказку эту.
Иван ведь знал, что на рассвете
Он овладеет камнем этим,
Лишь на дракона главного оденет он узду;
Припоминаете, о чём я речь веду?
Так вот, сперва найти их надо,
Пока не думай о наградах.
Он вышел споро из ракеты,
Подался в город предрассветный.
Решил спросить у горожан,
В какой из этих малых стран,
Что расположены на свете?
На этой самой вот планете,
Живёт король, — обетом скреплен?
Откуда замок тот заметен,
И как добраться, как дойти?
Иль нет туда совсем пути?
И где живёт драконов стая,
Что этот замок охраняют?

15

Вошёл он в город мимо стражи,
Толпы людей куда-то, пажи
Со свёртками или письмом бегут.
Услышал шум – разбойников ведут.
Здесь – длинный ряд базарных лавок,
Хватает и сварливых бабок,
Которые торгуют пирогом.
Иван остановился за углом
У лавки старого еврея:
Ремни, да бляхи, портупеи,
Блестящих камешков, ракушек
И всяких прочих побрякушек
Иван увидел, наконец.
— Скажи, честной-ка мне купец,
Я слышал, что на этой вот планете
Король Удод за что-то там в ответе.
Какой-то камешек хранит
Да так, что от него и сон бежит?
Расскажешь, может быть, — Устал с дороги. –
За что обет на него Боги
Такой наложили? – В ответ
Купец ответил: — Знаешь, нет,
Не место здесь для разговору,
Ты видишь, вон, высоку гору?
А рядом с ней мой старый дом.
И есть садочек с маленьким прудом.
Так вот вечернею порою
Тебе ворота я открою,
Как старому и доброму соседу.
Там и начнём с тобой беседу. –
Иван ответил – Ладно говоришь.
Поговорим, когда покой и тишь
Окутают безлунность ночи,
Явлюсь я перед твои очи. –
Так и случилось к вечеру,
Иван приблизился ко двору.
Купец приветствий не жалея,
Повёл по тёмным галереям
Гостя и слушателя враз.
И мы услышим сей рассказ.

16

Был рай на нашей маленькой планет.
Цвели сады, рождались дети.
Весна дарила светом и теплом.
Роса на зорьке отливала серебром,
И птицы пели песнь любви в дубравах.
Дни проходили наши в радости, в забавах.
Сосед с соседом находили общий лад.
И каждый за другого был бы рад
Плечо подставить в трудном деле.
Все были молодцы, гуляли, песни пели.
Вином встречали гостя у порога,
В путь провожая, подносили:
Пусть будет лёгкая дорога.
И пироги с борщом печи
Томились целый день.
Но вдруг зашла над нами тень.
Король Удод за это всё в ответе:
Гулял он как-то летом на рассвете,
Шёл мимо озера лесного.
Их было прежде очень много,
Таких озёр в наших лесах.
Но видишь ли, вся воля в небесах –
Не знаю, на какой планете,
Но знаю, есть она на свете,
Та, что может всё свернуть,
И как ей надо повернуть.
А наш король, что юны лета,
Или не знал или забыл про это.
С Богами ласков, будь и не шути,
Или не будет тебе доброго пути.
Шёл мимо озера, тихонько напевая,
И видит он — девчушка молодая
На травке бархатной сидит,
С улыбкой на него глядит.
— Что ты, дева молодая,
Ты откуда, кто такая?
Что нашла в моих лесах?
Откуда роза в волосах?
Кто позволил тебе здесь
На моей траве присесть?
Здесь не место для веселья
И, конечно, для безделья.
Это — вотчина моя.
И скажу я, не тая,
Здесь лишь я могу гулять,
А тебя же – наказать
Я заставлю палача –
Всыпет он тебе с плеча.
Страже – тоже плетей двести:
Почему вы не на месте?
Как могла сюда попасть,
Мою траву ногами мять?
Всё моё в моей округе!
За работу пажи, слуги –
Взять негодницу, схватить,
Да в темницу посадить!
Для науки всем послужит
Казнь твоя.
Здесь одна лишь воля правит –
Воля короля!

17

Только слуги взялись в дело,
Молодица молвит смело:
— Прочь с дороги, псы короля,
Речь вести сейчас буду я!
Полное спокойствие и повиновение,
И не пытайте моё вы терпение.
Я над планетой пролетала
Лесок тенистый увидала
С красивым озером и бархатной травой.
Решила отдохнуть, как быть домой.
Я птичек слушала, — прелестные создания.
Тебе, король, скажу я в назидание
Ты хам и жадный скупердяй!
Скажи права я? Ну-ка отвечай!
Молчишь? Молчи, когда имеют слова Боги.
Давно искала я такого вот
Разбойника с большой дороги
С душою хама и руками палача.
Получишь ты награду с моего плеча.
Возьмёшь вот этот камешек-алмаз.
И будешь ты его хранить. В тот час,
Когда алмаза у тебя не станет,
Твой род потухнет и завянет.
За хамство и жадность твою
Этот камень тебе я дарю.
Знай, что камень этот священный –
Им владел обладатель вселенной.
Он даёт огромную силу,
Я об этом поведаю миру
Так, как ты – негодяй и скряга –
Для тебя он – обычный камняга.
А ещё, для таких, как ты – тоже
Он вообще ни на что не пригожий.
А быть может, я пошутила.
Будет шутка тебе очень мила,
Будет, мучится род твой веками –
Боги делают так с дураками.
Что ж, прощай. – И исчезла богиня.
Стал король от зла тёмно-синий.
Делать нечего сам напросился –
Вместо мёду яда напился.
И с тех пор вот так повелось,
И откуда всё только бралось?
Крепость мощную удод построил,
Стражу трижды три раза утроил.
Заключил договор со стаей драконов –
Для них нет ни каких законов.
Лес и скалы вокруг опалили
Все озёра до дна осушили.
На лугах не стало травы
С той вот самой проклятой поры.
Лишь пустыня, солнце и ветер
Живут сейчас на нашей планете.
Да и крепость тоже в пустыне –
Там стоит она и поныне.
Эта стая голодных драконов
Всех поела наших баранов.
По ночам летают – сторожатся,
Утром спят – ничего не боятся.
Да и стража вся обленилась –
Века два воровства не водилось.
Да и разве поспоришь с драконом?
Все мы ходи, однако, под Богом.
А недавно, совсем недавно
Это было очень забавно
Молодцы откуда-то явились.
Мы потом долго все веселились.
Не смогли украсть они камень –
Взял их в плен драконовский пламень.
Поил их король кислым квасом
И вишнёвым вареньем разом,
Запросили бедняги спасу,
На всю жизнь охоту к квасу
Отбил им король угощеньем,
Хоть просили они прощения.
И опять с той поры всё тих.
А для нас эта жизнь – лихо.
Может быть, найдётся парень,
Украдёт сей проклятый камен,
Чтоб вернулась жизнь на планету.
Я закончил историю эту. –

18

— Вот такая история, Ваня,
Её дед мне рассказывал ранее.
Можешь лечь и теперь отоспаться.
Ну, а мне пора в лавку сбираться. –
— Нет спасибо добрый купчина.
Дома ждёт меня люба-девчина.
До свидания, и счастья желаю,
Я в обед домой отлетаю. –
Ваня в путь быстренько собрался.
До пустыни в два часа добрался.
Первый луч уж пробил темноту,
Видит Ваня драконов толпу
Или, лучше сказать, стаю спящих,
Из носов чёрным дымом чадящих.
Разглядел Ваня старого босса
И запряг его словно барбоса,
Как зимою дворняг детвора,
Только упряжь, конечно, не та.
Задрожал и заплакал дракон,
По пустыне прошёл тяжкий стон:
— Что ты хошь, человечье дитя?
Я готов сделать всё для тебя.
Ты теперь это право имеешь,
Коль волшебной уздою владеешь! –
— Камень, — просто сказал Иван:
— Я за камень на трон буду зван.
Разгони-ка сейчас же всю стражу,
Я в руках его чувствовать жажду. –
Дело сделано – камень в руках
Солнце плавало уж в облаках.
— А теперь пора мне в дорогу
К своему родному порогу.
Тебя, дракон, твою стаю
Я пока с добром отпускаю.
Но имей, конечно, в виду:
При себе я имею узду.
Если щёлкну я ей об колено,
предо мной чтобы был непременно.
И привёл свою стаю с собой.
А теперь мне пора домой. –
Сел Ванюша в старушку-ракету
Полетел на родную планету.
Время кончилось быстро полёта,
Но не кончилась Вани забота.
Сдал ракету на металлолом
И отправился в царский он дом.

19

Царь всё так же гусями постился,
Мало двигался, изредка брился.
Выпьет мёда хмельного бадейку
И зовёт вновь к себе чародейку.
Скучно батюшке, скучно царю.
Слышит шум он опять по утру.
Вновь ругается с кем-то там стража.
Что стряслось? Что опять за пропажа?
— Это батюшка я твой Иван,
Чую я, что на трон буду зван.
Для тебя кое-что я имею,
Или что-то не так разумею? –
— Эй, впустите, впустите сюда!
Ну да где ж ты, что за беда? –
Вошёл Ваня и дал ему камень,
Заиграл в камне маленький пламень.
— Что же, царь, я не вижу невесты?
Для неё не нашлося здесь места? –
— Для тебя невесту, дурак?
Что ж получишь, как бы не так.
Стража, его побыстрее схватите,
Да в подполье получше заприте,
Я теперь самый сильный на свете,
И за старое я не в ответе! –
Заиграло в камне яркое пламя,
Ведь он гадким людям — не знамя,
И в подлых делах не подмога,
И силён в руках только Бога.
Ваня, молча уздечкой, щелкнул,
Царь в окно носом вдруг потянул,
Подскочил он весь в изумлении,
На драконов глядит в удивлении.
— Что за напасть? – прочь всё отсюда!
Видеть я не хочу чуда-юда! –
Ну, так вот, ничего не случилось,
В сказке раньше про то говорилось.
Загорелся, сгорел камень в прах,
И остался царь в дураках.
Дал Иван дракону приказание:
За обман царя в наказание
Отвезти на другую планету.
Так закончу я сказку эту.
Ну, а пир, как всегда состоялся.
Наш Иван царём здесь назвался.
В жёны взял царевну-невесту.
Сказка вся, простится нам к месту.

1996г.

0

Автор публикации

не в сети 6 дней

Leonid Jekel

0
Комментарии: 0Публикации: 30Регистрация: 11-11-2020
Категории стихотворения "Современная сказка на старый лад в стихах":
Добавить комментарий
Читать стих поэта Современная сказка на старый лад в стихах на сайте РуСтих: лучшие, красивые стихотворения современных поэтов о любви, природе, жизни, Родине для детей и взрослых.